Обломки самовластья
3 сентября 2010 18:12
Двойной кризис в Румынии всё глубже утягивает страну на дно, оставляя политической элите все меньше пространства для маневра и заставляя прибегать к достаточно резким мерам противодействия. Нестабильность власти и, главное, нестабильность законодательного корпуса, вполне себе здраво осознающего неизбежность досрочных парламентских выборов, делает правительство заложником даже не конкретных фактов или экономических показателей, а слухов и всевозможных желтых прогнозов, тем самым все увеличивая лагерь противников сложившегося режима.
Развилка
Пусть историки и экономисты занимаются вопросом, нужен ли был Румынии меморандум с Международным валютным фондом и правильно ли была выстроена стратегия правительства и президента, направленная на принятие всех условий института в обмен на 20-миллиардную помощь. Сегодня этот вопрос уже не столь важен в контексте складывающейся политической ситуации. Вероятно, кредит был нужен в условиях недостатка времени, но если ставить вопрос ребром — то куда спешила Румыния? В спешке и без главного фактора, определяющего дальнейший экономический рост — упорядочение в национальных финансах и экономике — смысл кредита оставался весьма и весьма туманным. По большому счету, взывая к непримиримой оппозиции о том, что осенью правительству нечем будет выплачивать пенсии, четко и ясно говорилось, что заемные средства пойдут на проедание и бумерангом ударят по стране через несколько лет. И оппозиция сопротивлялась, хоть и не с экономических позиций, требуя от президента приостановить политическую реформу в стране, еще раз пересмотреть основы государственного строительства и найти менее радикальные пути выхода из кризиса. Но Траян Бэсеску был непреклонен. Сама постановка вопроса о том, что принятое за основное решение ошибочно (а именно таковым оно и стало по прошествии двух — трех месяцев) кажется ересью с учетом тех настроений, что царят в парламенте и администрации главы государства — контакта между властью и оппозицией не получилось уже потому, что стратегия обеих элит такого рода шаги не предусматривает. Получается, что сдать назад президент может лишь под грузом неких системных обстоятельств, что и было ему продемонстрировано в конституционном суде, отменившем ряд жестких антикризисных мер.
Попинав суд, правительство и президент не сделали должных выводов о политическом тупике избранного пути и продолжили вести страну по двум расходящимся направлениям — политическому и экономическому. И если в экономике все в целом понятно — необходимо преодолевать рецессию и спад, то в политике, давящей на экономику таких однозначных рецептов просто не существует. Попытка провести политическую реформу в стране неизменно блокируется если не оппозицией, то самой ситуацией. Когда на такую реформу уже нет ни сил, ни средств. Хотя, следует признать, что изменение политического поля страны — не просто прихоть Траяна Бэсеску, но и достаточно важный шаг, ведущий к рационализации принимаемых государственных решений. Хотя, вряд ли президентская стратегия измеряется такими высокими материями.
Именем Путина
Источники в правящей пропрезидентской Демократической либеральной партии, ранее которую сам Траян Бэсеску и возглавлял, с долей иронии говорят о некоем проекте " Путин", реализация которого якобы сохранит Траяна Бэсеску во главе политической и властной конструкции страны. Хочет ли президент строить парламентскую республику или просто заберет себе во дворец Виктория (аналог российского Белого дома) полномочия, доступ к которым у будущего главы государства закрыт без консультаций с премьером — не суть важно. Траян Бэсеску выстраивает систему, погубившую Советский Союз — дряхление элиты и торможение в процессе смены кадров. Скажем, если посмотреть на оппозицию, то там успели смениться по два, а то и три лидера (социал-демократы шли во главе с Ионом Илиеску, Адрианом Нэстасе, Мирчей Джеоанэ и сейчас с Виктором Понта), в то время как у демократов " рулил" вообщем-то все тот же Траян Бэсеску, уходя в тень, но оставаясь у партийного штурвала.
Впрочем, план " Путин" может быть понят и совсем с другой стороны — президент готов уйти, сохранив за собой контроль над правительством. В этом случае становится очевидным, что коалиция с Демократическим союзов венгров, держащаяся уже полгода, потерпела крах и венгров должен сменить кто-то другой. Наиболее вероятной составной частью будущего альянса видятся национал-либералы. Но их лидер Крин Антонеску все еще настаивает на полном уходе Бэсеску из политики и партийной жизни, как залоге прочности союза (основания для такого жесткого требования у молодого политика есть — Бэсеску сломал уже две коалиции, причем одну из них именно с национал-либералами). Сейчас план " Путин" абсолютно неосуществим — избиратели прочно отказали Бэсеску в поддержке, а возможные досрочные парламентские выборы приведут к неизбежному импичменту. План " Путин" может неожиданно превратиться в план " Ющенко", когда президент уйдет в безвестность без политической и социальной поддержки.
Табор уходит
Несомненным поражением Румынии стал конфликт с Францией, выдворяющей цыган со своей территории обратно в Бухарест. Безусловно, Париж в складывающейся ситуации оказался на шаг впереди — то, что позволено президенту Франции, не позволено президенту Румынии. Николя Саркози и ранее достаточно жестко подавлял выступления этнических групп, будь то арабы или цыгане, не особо оглядываясь на мнение Брюсселя и сейчас своей " генеральной линии" не изменил. Попытка Траяна Бэсеску перевести конфликт из двустороннего в международный, заявив, что передвигаться по Европе могут все граждане ЕС, независимо от этнической принадлежности не нашла поддержки в остальных 26 странах. Президенту Румынии вежливо кивнули в ответ и как-то достаточно поверхностно пожурили Париж, наказав тому не особо злоупотреблять при " депортациях". Действительно, Франция не поставила под сомнение право граждан ЕС передвигаться по территории стран-членов, но сделала вполне ясное пояснение, что не намерена разбираться с проблемой Румынии (неинтегрированность цыган в общество) и будет действовать наиболее эффективным способом. Представить Румынию несправедливо обиженной и пострадавшей стороной в " цыганском вопросе" не получилось — слова Траяна Бэсеску о том, что это Евросоюз не принял всеевропейский план Бухареста по интеграции ромов были лукавством. План Бухареста точно также перекладывал на плечи ЕС проблемы Румынии.
Между тем возвращение цыганских таборов в Румынию не добавляет президенту популярности — ромы живут обособленно и часто конфликтуют с титульной нацией, являясь потенциальным очагом напряженности, как венгры в Трансильвании.
Правительство, которого нет
Пока Траян Бэсеску лишь раздумывает над тем, уйти ему во дворец Виктория или на пенсию, правительство Румынии лихорадит. Исполнительный орган вынужден отбиваться от атака со всех сторон, отвечая за эксцентричные идеи главы государства, убеждая парламент в своей эффективности и заверяя народ, что в стране не всё так плохо.
Между тем, как и в 2008-м, правительство не смогло справиться с наводнением. Не помогла даже готовность молдавского премьера Влада Филата затопить собственные села, дабы облегчить жизнь по ту сторону Прута. Да и скандал вокруг явного желания отстроить затопленные села в Молдове, забыв про собственные, оказалась глубокой раной в социальном расслоении Румынии. В принципе, ждать эффективности от правительства, не обеспеченного ресурсами, поддержкой парламента и вынужденно прикрывающего президента — занятие неблагодарное. И, пожалуй, тут уместно спросить — ради кого-то так сильно жертвует Эмиль Бок? Ради Бэсеску? Но в конструкции
Бок-президент, а Траян Бэсеску кто-то другой нити власти явно не перейдут к нынешнему премьеру по наследству. Так почему же Эмиль Бок позволяет избивать себя, оставляя президента относительно чистым? Неужели демократ-либералы действительно готовы сдать власть и сейчас идут на все тяжкие? Более того, если проследить основные вопросы, возникавшие за последнее время работы кабинета министров, то там явно выделяются вопросы, кем далее будет министр регионального развития Елена Удря, почему правительство отказывается сокращать свой собственный аппарат и бюрократию и, главное, когда же будет новая попытка голосования по вотуму недоверия? Удивительно, но исполнительный орган работает в настолько негативном информационном тренде, что, пожалуй, отставка может состояться. И ее уже готовят. Скорее всего, правительство будет отстранено в середине осени. В ситуации, когда под Траяном Бэсеску трон зашатался как никогда сильно, добрать восемь голосов, которых не хватило летом, оппозиция как-нибудь да сможет.
Меньше, чем президент
Возвращаясь к личности Траяна Бэсеску, многие задают себе вопрос — что будет делать президент в случае возможных досрочных парламентских выборов. Вообщем-то, лагерь сторонников президента велик, но не настолько, чтобы говорить об абсолютной уверенности в победе. Де-факто проигрыш на выборах в ноябре прошлого года (когда результат был скорректирован за счет неконтролируемых зарубежных участках) кандидату от оппозиции Мирче Джеоанэ. Сейчас президента стараются обелить — дескать, он-то всегда говорил о насущных проблемах и лишь некие злые силы мешали ему. Собственно, если говорить по-честному и откровенно, Траян Бэсеску перестраховывался, вполне позволяя ситуации течь так, как оно есть. Говоря о необходимости реформы медицинской сферы, президент не сделал ничего, равно как и много говорил о сельском хозяйстве, образовании и тысячи других вещей. О словах Бэсеску вспоминают, когда ситуация рушится, но никто еще не удосужился провести анализ предпринятых лично им предупредительных мер. А таковых и не было. Глава государства погряз в политических дрязгах и был одним из авторов ускоренного роста экономики страны без соответствующей " подушки безопасности". Собственно, вменить в вину правительству социал-демократов повышение пенсий президент смог, но пояснить, что называется, на пальцах, почему рост экономики, так восхваляемый им на уровне ЕС, не обеспечивал эти пенсии президент уже не мог. Логически, президент прав — страна тратила больше, чем производила, но исходя из этой же логики, почему не сработали защитные механизмы на уровне главы государства? Президент визировал бюджет, собственно, как и законы, которые привели страну к кризису. Пять лет правления Бэсеску — не меньшее подспорье экономическому коллапсу, нежели четыре года Илиеску или Константинеску.
Кризис в Румынии — коллективный труд нескольких политических поколений, за который, увы, расплачивается Бэсеску. Собственно, он получил подарок в виде вхождения Румынии в ЕС при его президентстве. Осталось получить контрподарок в виде кризиса и 20-миллиардного долга. Любое действие несет противодействие.